73 Zаписки Vоенного адвоката Принесите решение суда Анастасия обратилась в клинику. Она не просила создать новый эмбрион, не просила использовать чужой материал, не просила сделать то, на что Геннадий никогда не соглашался. Она просила продолжить то, что они уже начали вместе при его жизни. Но клиника отказала. Мотив был формальный: отсутствует документ, позволяющий произвести перенос криоэмбриона после смерти супруга. Необходимо личное присутствие супруга и подписание им информированного добровольного согласия. Вот только супруга уже не было. – Я говорю: «Только вот у меня одна история: муж на СВО». А мне отвечают: «Надо согласие. А что вы сразу не сделали? Надо было прийти подписать». А откуда я знала? Мы же не юристы, мы подумать не могли, что официальные муж и жена должны на второй эмбрион снова писать документы. Это же просто подсадка, не взятие биоматериала, – рассказывает Анастасия. В этом месте право стало невыносимо буквальным. Представьте себе женщину, которая приходит и говорит: «Мы с мужем хотели ребёнка. Мы вместе подписали согласия. Один ребёнок уже родился. Второй эмбрион хранится у вас. Мой муж погиб. Я хочу продолжить нашу программу». А ей отвечают: «Нужно, чтобы супруг лично подписал согласие». Это тот редкий случай, когда формальность внешне выглядит законной, но внутренне звучит почти абсурдно: Геннадий не передумал, не отзывал согласие, не ограничивал волю. Напротив, всё его поведение при жизни говорило о другом: он хотел детей, участвовал в программе ЭКО, подписал документы, стал отцом Савелия. Но клиника не могла нарушить процедуру. Анастасия очень переживала. Стресс сказался на здоровье: она сильно поправилась. Ей казалось, что теперь её точно никто не возьмет в протокол ЭКО. Она звонила в клинику, писала письма, но всё было безуспешно. – Именно по этой причине мне пришлось признавать его погибшим через суд, – говорит Анастасия. – Мне было горько и тяже-
RkJQdWJsaXNoZXIy ODU5MjA=