18 Zаписки Vоенного адвоката Так вышло, что Мирону ещё не было и года, а о его деле уже знал Президент России. История этого малыша стала не только основанием для судебной защиты его права, но и поводом для обсуждения проблемы на самом высоком уровне. После заседания СПЧ Президент дал поручение Правительству проанализировать практику и при необходимости внести изменения в нормативные акты. А тем временем я готовился представлять интересы Анастасии Лукиных и маленького Мирона в суде. Нельзя было допустить, чтобы это дело превратилось в очередной «типовой отказ». Было ясно: тут не сработает шаблонное заявление. Слишком много боли, слишком много формализма со стороны ведомств. Да, мы привыкли к отказам – они приходят по шаблону, и в них всегда есть эта холодная, безличная логика. Но когда речь идёт о маленьком Мироне, логика «родился после – значит, не положена» звучала не просто несправедливо, а жестоко. Готовил иск и снова и снова смотрел на два документа: свидетельство о рождении Мирона и свидетельство о смерти, на дату рождения Мирона и дату гибели Станислава. Между ними – всего несколько дней. По человеческому счёту это ничего не меняет: отец хотел этого ребёнка, мечтал о нём, строил дом для своей семьи. А по формальным выкладкам ведомств эти дни становились границей, которая лишала малыша права на поддержку.
RkJQdWJsaXNoZXIy ODU5MjA=