17 Zаписки Vоенного адвоката – Я связалась с воинской частью. И мне прямо сказали: изначально сумма делилась на троих, но так как ребёнок родился после гибели, он «юридически» не считается членом семьи. В тот момент я поняла, что не могу это принять, – рассказывает Настя. Она начала искать помощь От частного случая – к системной проблеме Когда Анастасия пришла к нам в КСВО.Право за помощью, мы поначалу думали, что это единичный случай. Но чем глубже погружались в вопрос, тем яснее становилось: таких историй сегодня немало. Похожая беда у Алисы Савинцевой в Пермском крае, у Анны Холод – в ДНР, у Александры Минеевой – в Кемеровской области… И это только те, кто дошёл до нас. Мы поняли: перед нами не частный сбой, а системная проблема, которая требует системного решения. Конечно, наша бесплатная юридическая помощь даёт поддержку: помогаем собрать документы, сопровождаем в суде. Но это время, нервы, силы – и всё это на фоне горя. А ведь нужна была не просто победа в отдельном деле, а гарантия на уровне закона: чтобы дети, зачатые до, но рождённые после гибели военнослужащего, не оставались без поддержки. Мы понимали: даже если выиграем эти конкретные суды, завтра придут другие мамы с той же бедой. Значит, менять нужно сам подход. Мы собирали судебную практику, готовили аналитику, показывали, что проблема массовая. И когда руководитель КСВО Юлия Белехова подняла этот вопрос на заседании Совета по развитию гражданского общества и правам человека, реакция была именно такой, какой и должна быть: прямой и жёсткой. Президент Владимир Владимирович Путин назвал происходящее безобразием: – Юлия Александровна, я Вам так благодарен за то, что Вы такие вопросы поднимаете… То же самое касается и обеспечения прав детей, которые родились после гибели их отца. Разумеется, нужно всё обеспечить. Здесь и слов нет.
RkJQdWJsaXNoZXIy ODU5MjA=