Ткачёва В.И. Записки фотографа

68 Очерки, рассказы бы. Я помахала кукушке рукой и пошла во двор. За спиной повисла напряженная тишина. Выйдя из гаража и увидев мое лицо, Николай пошутил: – Ты чего это, как начищенный самовар, сияешь? Что, увидев тебя с тяпкой, все сорняки от испуга сами с грядок разбежались? – Да нет. Бери круче! Тут, брат, можно сказать, бессмер- тие пообещали! – Это как? – уже явно заинтересованно спросил муж. Я со всеми подробностями пересказала ему «птичий анекдот», участницей которого только что стала. – А я-то думаю, чего это она так раскуковалась? – тот тоже заулыбался. И тут прямо над нашими головами с ближайшей вет- ки туи раздалось громкое торжествующее «ку-ку». Мы аж вздрогнули, а потом дружно рассмеялись. И началось!.. – Так это она что, всё тебе «добавляет»? – из последних сил пытаясь сохранить серьёзное выражение на лице, спро- сил Николай. – А то! – Не-е, пожалуй, это уже не Галактическая слава, – выти- рая навернувшиеся от смеха слёзы и чуть растягивая слова, констатировал муж. – Бери выше (он указал пальцем куда- то вверх) – Вселенская! После такого заявления он отправился в гараж точить тяпку, а я присела на ступеньки крыльца, прислушиваясь к голосу кукушки. Та не умолкала. Я не выдержала и спуг- нула её с туи (и с каких это пор кукушки на туях сидят?). Птица перелетела на провод и уселась прямо посреди двора. Пришлось идти в дом за фотокамерой: ну не могла же я бес- конечно пренебрегать такой фотомоделью! Склонив голову набок, кукушка уставилась на камеру и притихла. Правда, испуганной птица не выглядела, скорее ей было просто лю- бопытно, и улетать она явно не собиралась. Молчала ново- явленная фотомодель лишь до конца съёмки.