Ткачёва В.И. Записки фотографа

236 Гошка, рыбка! расставаться с очередным лакомым кусочком этот обжора был не готов. Как и покидать нашу тёплую компанию! Пришлось мне брать в руки длинную лозину и вместе с сёстрами отгонять этого ценителя «мурманских деликате- сов» на луг. Вид у нашей процессии был, конечно, ещё тот! Впереди вышагивает аист, за ним следом дама «бальзаков- ского возраста» с длинной хворостиной в руке и три дев- чушки: младшей пять, средней девять, а старшей двенадцать лет. Эта «фотомодель» двигалась, словно восточный шах на торжественной церемонии в честь коронации: не торопясь, с достоинством, гордо изогнув шею и высоко поднимая лапы. А следом за ним семенил преданный гарем. Лозина, дрожащая в моей руке, аиста совсем не пугала, она скорее походила на атрибут царской власти и лишь подчёркивала его величие. Потом ему, видимо, всё же надоело «чувствовать себя шахом» и, резко подпрыгнув и взмахнув крыльями, Гош- ка уверенно полетел в сторону болота. Мы стояли и молча смотрели ему вслед, пока он не скрылся за высокими дере- вьями. Девочки и бабушка заверили нас, что присмотрят за Гош- кой, и пообещали впредь рыбу тому больше не давать. Не- много успокоенные, мы наконец отбыли домой. А сестрич- ки до самого поворота махали нам руками. На следующее утро Николай на сутки заступал на дежур- ство на таможню. В тот раз я его просто заждалась с работы, а он, как нарочно, задерживался. Причины могли быть лю- бые, работа есть работа. Но после обеда я занервничала: не- сколько раз заходила на кухню, чтобы посмотреть на часы, потом просто положила на крыльцо мобильный телефон. Пару раз, как нетерпеливый ребёнок, даже выглянула за во- рота! Наконец, услышав шум мотора, выскочила во двор. Но не побежала, как обычно, открывать ворота гаража: а вдруг Николай не захочет отдохнуть после дежурства, а пообе-