Ткачёва В.И. Записки фотографа

230 Гошка, рыбка! крылья, словно пытался меня обнять. Я не брала его на руки с самой первой нашей встречи. Какойже он всё-таки лёгкий! Понятно, что косточки внутри полые, тяжёлой птице не удержаться в воздухе ине летать. Имешкивоздушныемежду внутренностями для тех же полётных целей, в отличие от зверей и людей у птиц двойное дыхание: и при вдохе полу- чил кислород, и при выдохе тоже. Вон им сколько энергии в небе нужно – попробуй, помаши крыльями! В салон машины аиста взять не рискнули, устроили на коврике в багажном отделении, да ещё сверху лёгкое по- крывало набросили, чтобы не испугался и не начал биться. А то так и пораниться недолго. Бальт проводил процессию до самых ворот. Он был уверен, что тоже едет с нами, и не понимал, почему это мы Гошку взяли, а его вдруг оставили во дворе. Пока мы создавали комфорт его крылатому това- рищу, со стороны двора вначале доносилось неуверенное поскуливание, а когда пёс догадался, что его сегодня с со- бой не берут, то, огорчённый нашим предательством, под- нял оглушительный лай. Но взять его мы всё же не могли. Пришлось мужу вернуться и попытаться успокоить друга. Увы, Бальт ничего не хотел слушать: он видел, как вынесли аистёнка, и упорно рвался следом! Пришлось посадить пса на цепь. Так и отбыли: с тоскливым чувством и под громкий неистовый лай. Путь промелькнул быстро: село, поле вдоль Горбанив- ки (крайняя вытянутая улица, получившая название Со- ветская), потом Куриловщина и крутой поворот на хутор Бырдин, хуторская улица, ещё один левый поворот, потом спуск на луг и, разбитая тракторами, тряская луговая до- рога. Приехали. Николай открыл багажник, а я убрала почти сбившееся по- крывало, взяла аиста на руки и поставила на траву. Гошка рас- терянно замер. Протянула ему рыбу, дала попить. Пернатый вроде немного ожил и сделал неуверенныйшаг, потом другой. Расправил крылья. И вновь, держа лапу на весу, замер.