Ткачёва В.И. Записки фотографа

150 Очерки, рассказы 4 Ранним утром восьмого мая служебная машина из за- поведника стояла у наших ворот. Едем к пограничникам за пропусками – документ индивидуальный, выдаётся сроком на год, и при получении необходима личная подпись вла- дельца. Увы, по какой-то причине те оказались не готовы! Звонок начальнику пограничного поста (номер своего те- лефона Андрей Дмитриевич дал на «всякий пожарный» в нашу прошлую встречу), и ситуация с нашими документа- ми мгновенно разрешается. С его благословления, больше не теряя драгоценного времени, мы отправляемся искать редчайших квакш. И вот они – долгожданные окрестности Коровяковки. Да, весна – не осень! Место изменилось до неузнаваемости: вода ушла, а глубокая колея стала проезжей, даже сапог не надо. Если в прошлый раз «на разведку» мы с мужем смогли сюда добраться только на лёгкоммотоцикле, причём в одном месте через перелитую весенними водами дорогу Николаю Николаевичу пришлось проводить нашего «железного зве- ря» в руках, то всего через полтары недели вездеход проско- чил это место уже посуху. Тряская луговая дорога, петляю- щая между ещё залитыми талой водой низинами, и вот она, заметная издали, раскидистая ива на берегу Сейма – место нашей встречи с мужем, когда я нахожусь неподалёку. Резиновые сапоги на ноги, сачок и ящик, похожий на террариум, в руки, бинокль и профессиональную фотока- меру на шею (эх, мне бы такой объективчик!) и – вперед, к урочищу. Машина под присмотром водителя остаётся под деревом. Идём не торопясь, внимательно глядя по сторонам. Ни шуму, ни гаму, ни тебе резких движений, ни громких не- уместных выкриков. Впервые в своих любимых «заповед- ных» местах чувствую себя комфортно с посторонними людьми. Правда, душу по-прежнему тревожит паршивая