123 Zаписки Vоенного адвоката смогли продержаться. Накаты продолжались, каждый оставил по гранате для себя, и мы как могли отражали атаки. Он сказал: «Ребята, помощь должна прийти!» Позиции мы не сдали, не отошли ни на шаг, и помощь пришла, но ему помочь уже не успели. Стриж был смертельно ранен. А мы своей жизнью обязаны ему… Вечно буду говорить спасибо ему и его семье. Он настоящий герой!» …Накануне переброски на ЛБС Владислав позвонил жене: «Захожу на задание, если что случится, главное, детей воспитай…» О том, что он погиб, Татьяне сообщили в начале января. У неё отнялись ноги… – Это страшно слышать… Земля ушла из‑под ног. Я каждый день ждала звонка от него, потому что он сказал, что, как выйдет из‑за ленточки, мне позвонит сразу. И он звонил мне раньше, когда у него была возможность. И в этот раз я ждала. Хотя он на всякий случай всё равно меня предупредил: «Если я не вернусь, воспитай детей», – с болью вспоминает Татьяна день, когда раздался страшный звонок. Через два месяца привезли закрытый цинковый гроб. Где служил, как погиб – в военкомате не сказали ничего. «Сказать ничего не можем»: одна против системы Немного придя в себя, Татьяна стала искать информацию. По- ехала в Ростов, где её «отшили»: «Сказать ничего не можем, ничего не знаем. Кем был и при каких обстоятельствах погиб – неизвестно, может, вообще случайно, наград никаких нет…» Каково это было услышать убитой горем женщине? Для неё стало вопросом чести доказать, что её муж не мог погибнуть «случайно». Татьяна сама нашла его сослуживцев, которые и рассказали ей про героический путь Владислава и про то, что он спас их жизнь ценой своей. Реакции от Минобороны Татьяна так и не дождалась и тогда обратилась напрямую к главе Республики Бурятия Алексею Цыденову.
RkJQdWJsaXNoZXIy ODU5MjA=