113 Zаписки Vоенного адвоката Прошу суд восстановить справедливость, отменить постановление и освободить Ильяса». После выступления в зале наступила тишина. Мы не просили закрыть глаза на закон. Напротив, мы просили применить его осмысленно – установить, действительно ли Ильяс скрывался, и оценить причины его отсутствия. Суд услышал защиту. Постановление отменили. Прозвучали слова, ради которых были пройдены сотни километров и написаны десятки документов: – Ильяса освободить. Возвращение 27 октября, после трёх месяцев за решёткой, Ильяс вышел из следственного изолятора. Даже после судебного решения свобода пришла не сразу. Нужно было дождаться оформления документов и прохождения их по внутренним инстанциям. Ярослав Никитич ждал до вечера. Когда дверь наконец открылась, Ильяс вышел без громких слов. За время этапов в учреждении потерялся его телефон. Но в тот момент эта потеря уже не имела для него большого значения. После трёх месяцев камер, пересылок и тюремной еды человеку хотелось дать хотя бы несколько часов обычной жизни – прогуляться, угостить обедом. Ильяс отказался. – Мне нужно к своим, – сказал он. – Как они там без меня? В этом ответе был весь Ильяс. Не памятник, не безупречный персонаж, не человек, у которого никогда не было ошибок, – просто командир, который после трёх месяцев за «решёткой» думал прежде всего о своих бойцах. Они ехали ночью. За окнами автомобиля мелькали деревья, редкие фонари и тёмные силуэты придорожных домов. Дорога к месту службы казалась бесконечной, но теперь каждый её километр приближал Ильяса не к колонии, а к подразделению.
RkJQdWJsaXNoZXIy ODU5MjA=