107 Zаписки Vоенного адвоката Представление рассматривалось без Ильяса. По процедуре суд назначил ему адвоката, который участвовал в заседании и представлял его интересы в отсутствие осуждённого. На первый взгляд, право на защиту было обеспечено. Но Ильяс в это время находился на передовой и не мог ни рассказать назначенному защитнику, что предупреждал инспекцию об уходе на службу, ни передать документы, ни объяснить, почему перестал являться на регистрацию. Назначенный адвокат почему-то тоже не предложил суду проверить очевидную для того времени версию: не находится ли Ильяс в зоне специальной военной операции. Он не ходатайствовал о направлении запроса в Министерство обороны или военный комиссариат и не попросил установить, проходит ли его подзащитный военную службу. Почему этого не произошло, теперь трудно сказать. Возможно, перед защитником лежали только материалы инспекции, в которых Ильяс выглядел обычным нарушителем, исчезнувшим с места жительства. Но именно в этом и состоит смысл реальной защиты: не просто присутствовать в заседании, а задавать вопросы, без которых суд рискует увидеть лишь одну сторону человеческой истории. Внешне процедура была соблюдена: инспекция представила документы, назначенный адвокат участвовал, суд исследовал материалы. Но самого Ильяса и главного обстоятельства его жизни в этом процессе словно не существовало. Суд отменил условное осуждение, а назначенные три года лишения свободы постановил исполнять в колонии общего режима. Решение своевременно не обжаловали. Оно вступило в законную силу, Ильяса объявили в розыск. Правовая машина начала движение. И когда Ильяса задержали, она уже не собиралась останавливаться, чтобы выяснить, где он был всё это время. Бойца поместили в следственный изолятор, а затем стали этапировать к месту отбывания наказания. Вместо расположения подразделения – камера, вместо боевого выхода – этап, вместо
RkJQdWJsaXNoZXIy ODU5MjA=