10 Zаписки Vоенного адвоката Эта история началась со звонка. Звонила моя давняя знакомая с позывным «Магадан». В её голосе было то особое напряжение, по которому сразу понимаешь: человек звонит не посоветоваться «на всякий случай», а потому что уже столкнулся с чем-то, что не укладывается в здравый смысл и в обычное представление о справедливости. Она рассказала коротко: – Есть вдова погибшего бойца. Ребёнок родился уже после гибели отца. И этому ребёнку отказывают в выплате. Если честно, я не сразу поверил. Не потому, что не доверял «Магадану». Наоборот, я знал: если она звонит, значит, ситуация серьёзная. Но сама фабула звучала так, что внутренне хотелось возразить: «Подожди, такого же быть не может». Система поддержки детей наших военнослужащих и добровольцев, несмотря на встречающуюся бюрократию, задержки, ведомственные согласования и «человеческий» фактор, в целом всё-таки работает исправно. И эта поддержка не сводится только к единовременным выплатам. Она продолжается в разных формах: социальные выплаты, меры поддержки на период безвестного отсутствия военнослужащего, путёвки на оздоровление, льготы при поступлении в колледжи и вузы, иные гарантии, которые должны помогать ребёнку жить дальше, учиться, расти и чувствовать, что подвиг его отца не забыт. А тут – ребёнку погибшего бойца отказывают. Не взрослому спорному наследнику, не человеку, чьё отношение к погибшему нужно было ещё устанавливать и доказывать. Ребёнку. Сыну. Мальчику, который родился через несколько дней после гибели отца. Так в нашей работе появилось дело Анастасии и Мирона Лукиных. Дело Анастасии Лукиных. РождЁнный после гибели отца
RkJQdWJsaXNoZXIy ODU5MjA=